Есть такие имена в сфере юриспруденции, работы которых по праву признаны классикой юридической мысли. Одно из таких имен — Норбер Рулан. И сегодня в Национальном университете «Юридическая академия Украины имени Ярослава Мудрого» можно было услышать гордое: «Я был на лекции Норбера Рулана».

Норбер Рулан — известный французский ученый — юрист, основатель Французской ассоциации юридической антропологии, всемирно признанный специалист в данной области науки.

Лекция была посвящена принципу светскости государства — в историческом аспекте и в свете отношений между церковью и государством сегодня.

Лектор читал лекцию на французском с одновременным его переводом для аудитории, а потому для развернутой лекции времени не было. К тому же, лекция была рассчитана на общение со студентами, которые составили основную часть аудитории. Поэтому большей частью звучали некие непреложные истины, как, например, то, что свобода вероисповедания не является принципом, присущим только республиканской форме правления. Скажем, в Великобритании королева должна принадлежать к протестантской религии, однако это никоим образом не влияет на свободу вероисповедания ее поданных либо иных лиц, находящихся под юрисдикцией государства.

Большая часть лекции была посвящена вопросу формирования принципа светскости во Франции. Считается, что начало было положено Французской буржуазной революцией. В этот период церковь была частью госаппарата, священники имели статус госчиновников и даже должны были приносить клятву верности государству. В то же время Папа Римский как глава католической церкви настаивал на том, что священники должны подчиняться ему. Это привело к последствиям, которые никто не мог предвидеть. Папа придал порицанию все позитивное – свободу вероисповедания, свободу культа, другие свободы. В то же время, священники, которые отказывались приносить клятву государству, были казнены через гильотину. По бытующему во Франции мнению, именно в тот исторический период, когда кто-то чихает перестали говорить «Да хранит тебя Бог!» и стали желать «Будьте здоровы!».

С 1794 года проводится политика отделения государства от церкви. С этих пор выходит ряд законов, в которых говорится, что священники не будут получать зарплату от государства, они больше не являются чиновниками. Религиозная символика, которая раньше присутствовала в судах и государственных школах, теперь запрещена. Перекрестить себя допускается в домашних условиях, но не допускается в публичных местах.

По Закону 1882 года начальная школа становится светской. Закон 1905 года вводит ряд мер, направленных на окончательное укрепление разделения государства и церкви.

Что происходит в настоящее время? Вопрос религии – частное дело каждого. Но в то же время, к примеру, воскресные телепередачи – в основном религиозные. Отдельные передачи для мусульман, отдельные для буддистов, для католиков… В школах могут быть предложены занятия по религии.

Такой примерно была структура лекции. Отдельные затронутые вопросы были особенно интересны.

Один из таких моментов, вызвавший явное оживление в зале, — вопрос о деле Pussy Riot. По мнению ученого, данное дело — пример тесной связи между государством и церковью, которая существует в России и которая, на взгляд Н. Рулана, присутствует и в Украине. По окончании лекции, когда у присутствующих появилась возможность задать вопросы лектору, Сергей Иванович Максимов поинтересовался у своего французского коллеги, какой могла бы быть реакция во Франции на подобные действия, если представить, что они произошли, скажем, в католической церкви в Париже или в мусульманской мечети. По признанию Н. Рулана, в подобной ситуации девушек бы арестовали и подвергли бы преследованию в судебном порядке, однако он верит в то, что наказание было бы условным.

Наиболее остро стоящий вопрос для современной Франции — это проблема мусульманской общины на территории государства. Мусульмане составляют 5 % населения Франции (примерно 3 млн из 60 млн жителей Франции). При этом есть мусульманские течения, которые не представляют никакой проблемы, но есть и довольно проблемные течения.

Активно дискутируется во Франции вопрос о внешних атрибутах вероисповедания: возможность ношения хиджабов и паранжи, построения мечетей и т.п.

В этой связи интересное развитие для обсуждения было предложено Дмитрием Васильевичем Лукьяновым. Он отметил острую актуальность вопроса о столкновении или интеграции мусульманского и немусульманского населения в Европе. В Европе около 40 млн мусульман. Значительная часть мусульман требует внимательного отношения к своим религиозным взглядам, в том числе к мусульманскому праву. И Европа не знает единого рецепта нахождения консенсуса. Разные страны Европы пытаются решать эту проблему по-разному. Во Франции реализуется принцип достаточно жесткого отделения церкви от государства. И в этой связи представляет большой интерес вопрос о том, противоречит ли этому принципу возможность государства признавать применимость мусульманского права внутри религиозной общины.

В целом, по мнению Н. Рулана, вопрос о положении мусульман в светском государстве должен рассматриваться в двух аспектах — политическом и юридическом. Политический аспект заключается в том, что мусульман во Франции больше, чем в других странах Европы. Во многом это связано с тем, что мусульмане являются выходцами из бывших французских колоний, в частности из Алжира. В свое время они приехали во Францию в качестве рабочей силы, в которой на тот момент нуждались французы. Более того, был ряд законов, который благоприятствовал такому переезду, даже со многими женами (то есть закрывали глаза на многоженство). Выгнать их теперь со своей территории Франция не может. Даже если бы государство Франция хотело решить проблему, то оно не знает, к кому обращаться – у мусульман нет единого центра, с которым можно было бы прийти к консенсусу в отношении дальнейшего взаимодействия государства и мусульманской общины.

Сегодня французов беспокоит еще одна проблема: недавно вошедшие в ЕС Румыния и Болгария, которые, как можно было понять со слов лектора, совсем не вызывают у французов симпатию. Дословно это звучало так: «Конечно, не все румыны – убийцы и уголовники, но среди них есть и такие. Французы не хотят видеть румынов на своей территории».

Очень актуальный и полностью лежащий в юридической плоскости вопрос задал Юрий Григорьевич Барабаш. Он обратил внимание на заявления Консервативной партии Великобритании о необходимости выхода их государства из Евроконвенции. Объясняются такие инициативы тем, что обязательства, возложенные на государство Конвенцией, препятствуют осуществлению эффективной миграционной политики. Даже некоторых террористов не удается выдворить за пределы государства, ведь за их спиной — Европейский суд по правам человека. Является ли это проблемой для Франции?

Проф. Норбер Рулан в ответе на поставленный вопрос отметил, что подобная проблема существует и во Франции, но в меньшей степени. Франция занимает позицию, что лица, представляющие опасность для общества, должны преследоваться в судебном порядке. Но при этом вопрос о выходе из Евроконвенции не ставит, хотя и получает регулярные порицания от Евросуда.

Хорошим завершением встречи стал вопрос Виктора Семеновича Смородинского: «Светскость – достоинство французской республики или только одно из свойств? И единственный ли это путь развития цивилизованного государства?»

По мнению Норбера Рулана, светскость – меньшее зло, чем что-либо другое. Особенно если этот принцип применяется с определенной толерантностью.