Хочу продолжить, пусть и с перерывом,  обзор наиболее интересных выступлений на конференции, посвященной правовой доктрине (начало см. здесь: Академический рай, Кант и часы на ратуше, правосудие как слон…).

Второй день конференции — день секционных заседаний. Работа первой секции стала возможностью для дискуссии философов, теоретиков и историков государства и права. Получилось интересно. Не знаю, насколько захватывающими были обсуждения на других секциях, но именно на нашей доктринальные положения очень удачно переплетались с историями о привычках И. Канта, правосудие рассматривалось в качестве слона… Были даже анекдоты почти методологической направленности. Британские ученые вскрыли мышь, и оказалось, что мышь умерла от вскрытия. Мораль в том, что научные исследования и выдвигаемые гипотезы не должны становится самоцелью, которая иногда перестает соответствовать не только критерию прикладной полезности, но и разумности.

Работа секции началась с выступления Владимира Григорьевича Пилипчука,  академика Академии наук Высшей школы, члена корреспондента Национальной академии правовых наук Украины, доктора юридических наук, профессора, заслуженного деятеля науки и техники Украины. Владимир Григорьевич говорил об информационной революции и о необходимости изменения нашего понимания информационного общества.

Комиссия ЕС в 1993 г. сформулировала понятие информационного общества как общества, деятельность людей в котором осуществляется с использованием услуг и информационных технологий. Но это было 20 лет назад и тогда действительно был актуальным вопрос технологий. Но сегодня нужно признать, что наступил новый этап в развитии общества. Т. Манн в свое время говорил о том, что в определенное время наступает ощущение перехода в новые эпохальные изменения. Мы живем как раз в такой период. Тоффлер преддлжил волновой тип развития общества:

первая волна – аграрное общество, которая началась 7,5 тыс. лет назад и закончилась в середине ХХ столетия,

вторая волна – построение индустриального общества (эта волна началась в середина 19 века и закончилась во второй половине ХХ,

третья волна – информационное общество.

Как видим, происходит сжимание пространственно-временных факторов. Если первая волна в истории человечества длилась 7,5 тыс. лет, вторая — почти три столетия, то третья измеряется лишь десятками лет. А потому приобретает остроту вопрос, что будет дальше? Какие тенденции существуют?

Если брать историю науки ХХ ст., то она исходит из того, что в основе была материя, потом энергия, третья фундаментальная величина – информация. Это три основы построения мира.

Виктор Семенович Смородинский, кандидат юридических наук, доцент кафедры теории государств и права Национального университета «Юридическая академия Украины имени Ярослава Мудрого», выступил с докладом  «Доктрина правосудия как идеологический стержень судебной власти в Украине«.

Виктор Семенович сравнил правосудие со слоном. Не удивляйтесь. Суть сравнения в том, что изучение правосудия в отечественной науке напоминает изучение слона, но в условиях, когда один исследователь держит слона за хвост и, соответственно, исходя из сложившихся представлений о хвосте, формирует образ слона в целом, другой держит за хобот, а третьему бросились в глаза уши. В результате целостной картины слона, как и правосудия в юридической доктрине, нет.

По мнению Виктора Семеновича,  сегодня есть необходимость в формировании доктрины правосудия, для чего должны проводиться встречи ученых и практиков, обсуждения и дискуссии. Как результат — будет выработано единое понимание понятия правосудия. Правда, как представляется, научный дискурс не обязательно должен предполагать личную встречу его участников. Ведь, как сказал первый выступавший в этот день, мы живем в условиях информационного общества, что, безусловно, значительно упрощает и проведение научных дискуссий тоже.

А в целом, обнадеживает, что правосудие заслужило сравнения со слоном, а не с мамонтом… Сама по себе произошла констатация факта существования правосудия. Осталось лишь определиться, что оно собой представляет.

Интересным и очень содержательным было выступление Сергея Ивановича Максимова, профессора кафедры философии Национального университета «Юридическая академия Украины имени Ярослава Мудрого», доктора юридических наук, профессора, члена-корреспондента НАПрН Украины. Сергей Иванович сравнил участие теоретиков и философов права в поиске онтологических и эпистемологических основ правовой доктрины с поведением соавторов, каждый из которых пишет свою часть совместного труда в надежде, что именно соавтор раскроет нераскрытые им вопросы, и таким образом перекладывает на него ответственность.  В результате целый ряд важных и наиболее сложных вопросов остается без ответа как со стороны теории права, так и в рамках философии права. Один из них — вопрос о правовой доктрине.

Сергей Иванович, говоря о рефлексивности юридической науки, рассказал о том, что, как известно, И. Кант любил совершать прогулки и делал это всегда в одно и то же время. По нему сверял часы не только аптекарь, но и часовщик на ратуше. Парадокс в том, что у Канта никаких других часов, кроме тех самых часов на ратуше, не было.

Актуализация вопроса о понимании правовой доктрины назревала в юридической науке.  Действительно, сегодня можно встретить самые разные подходы к тому, что понимать под этим феноменом. Но, по мнению С. И. Максимова, доктрина предполагает не только ее формирование как результата научной деятельности, но и направленность на решение вопросов, возникающих на практике.

Еще один тезис выступления Сергея Ивановича — нет абстрактной, общей доктрины права. Есть доктрина права Великобритании, доктрина права Украины.. Ведь концепции, прежде чем стать доктриной, проходят апробацию на практике и если они применяются для решения юридических споров, становятся доктриной.

Проф. Максимов предложил следующую структуру правовой доктрины:

1 уровень – частно правовая доктрина (или отраслевые доктрины);

2 уровень – уровень общей доктрины. Учение об источниках правах и об интерпретациях права;

3 уровень – общая часть общей доктрины, саморефлексия юристов. Нормативная правовая доктрина, вопросы ценностного, гносеологического характера.

При этом теоретику право важно сохранить чистоту теоретика. То есть не увлечься философскими изысканиями. Особенно опасной ситуация становится тогда, когда теоретик выходит за пределы теории права настолько далеко в сферу философии, так что теряется связь с правом. Одновременно с этим важно не ограничиться простым описанием действительности.